– Факты? – Базиола пожал плечами. – Только один, и он разбивает все ваше очень логичное построение. Звездолет, даже рейсовый и не рассчитанный на дальний поиск, обладает гораздо большими энергетическими возможностями, чем вы думаете. Полет к Альтаиру не исчерпывает запасов, их хватит на годы непрерывной передачи.

– Яворский не сидел на месте. Он летал. Исследовал Лонгину, астероиды.

– Не думаю, – усмехнулся Базиола. – Если его цель – дождаться людей, он не станет рисковать. Не станет летать, если не будет уверен, что у него хватит энергии.

– Хорошо, – с досадой сказал Надеин. – Какие основания были у Яворского придерживаться жесткой экономии? Разве раньше задерживали отлет звездных экспедиций? Случай с «Корсаром» – особый. Напротив, поскольку речь шла о помощи «Ахиллу», то «Корсар» должен был спешить!

– Пожалуй, – согласился Базиола.

– Давайте думать, Джузеппе, – сказал Надеин почти просительным тоном. – Я ведь не предлагаю истин. Давайте думать.

– Я думаю, – Базиола улыбался. Этот драматург увяз в своей версии. Она логична, но неувязка с энергией ее убьет. Катастрофическая утечка энергии могла произойти только в одном случае, совершенно не оправданном…

– В каком случае, Джузеппе?

– Яворский должен был лишний раз пересечь световой барьер. Дополнительный разгон и торможение. Но у Верблюда не было необходимости в таком маневре.

– А если наоборот – торможение и разгон?

– Какая разница? – сказал Базиола. – В обоих случаях это неоправданно, нелогично.

Надеин промолчал. Он прав, этот кибернетик, но будь он трижды прав, Надеин теперь не может поверить в гибель «Геркулеса». Нужно подумать. Допустить, что Верблюд на пути к Альтаиру дважды пересек световой барьер. Зачем?